Вега Карпио, Лопе Феликс де (Vega Carpio, Lope Felix de) - Произведения - Собака на сене

Собака на сене

Вы так красивы, что, взглянув на вас,
Я убежден, что вы благополучны.
У женщины--как опыт учит нас--
Здоровье с красотою неразлучны.
Вы свежестью так радуете глаз,
Что лишь невежда, лишь глупец докучный,
Который до рассудка не дорос,
Вам о здоровье задал бы вопрос:
Итак, что вы благополучны, зная
По вашим восхитительным чертам,
Хочу узнать, сеньора дорогая,
Насколько я благополучен сам.

Диана

Сеньор маркиз, вы лишний раз, блистая,
Образчик вкуса подаете нам.
Но стоит ли такого славословья
Обычный вид покоя и здоровья
А что до вас,--мне кажется, не я
Благополучью вашему хозяин.

Рикардо

Вы знаете, верна любовь моя
И образ ваш в душе моей изваян.
Давно согласна ваша вся семья,
Чтоб наш союз был нерушимо спаян,
И неизвестен только ваш ответ.
Лишь он решит, я счастлив или нет.
Когда бы я, взамен моих владений,
Которыми я славен и богат,
Владел землей от взморий, чуждых тени,
До алых царств, где клонится закат,
И золотом, кумиром поколений,
И перлами, которые струят
Ресницы звезд, и кладами Востока,
Пути морей взбраздившими широко,
Я положил бы их у ваших ног.
Не сомневайтесь: вдохновленный вами,
Мой дерзкий путь бесстрашно бы пролег
Туда, где день не озарен лучами;
Я бы попрал, средь бури и тревог,
Пустыни волн дубовыми стопами,
Чтобы достигнуть до полярных скал,
Куда вовек смельчак не проникал.

Диана

Я уважаю ваше благородство,
Я верю вам, признанью сердца вняв.
У наших мыслей есть, быть может, сходство;
Но я не знаю, как посмотрит граф.

Рикардо

Ему в одном дарю я превосходство:
Граф Федерико ловок и лукав.
Но я надеюсь: суд ваш будет правый,
Вы ослепите этот взгляд лукавый.


ЯВЛЕНИЕ ШЕСТНАДЦАТОЕ

Теодоро, Диана, Рикардо, Сельо.

Теодоро

Пусть ваша милость взглянет и решит.

Рикардо

Вы заняты, и я ничьих доселе
Не крал минут.

Диана

Нас время не теснит.
Я в Рим пишу письмо.

Рикардо

Всего тяжеле
В почтовый день растянутый визит.

Диана

Вы очень милы.

Рикардо

Если б в самом деле!
(Тихо к Селю.)
Ну, Сельо, что ты скажешь?

Сельо

Что она
Ваш страстный пыл вознаградит сполна.

Уходят Рикардо и Сельо.


ЯВЛЕНИЕ СЕМНАДЦАТОЕ

Диана, Теодоро.

Диана

Написали?

Теодоро

Да, причем
Вышло плохо,--видно сразу:
Я работал по приказу.

Диана

Покажите.

Теодоро

Вот.

Диана

Прочтем.
(Читает.)
"Кто любит вслед чужой любви, тот жаден,
В нем завистью зажжен сердечный пыл;
Кто сам себе блаженство не сулил,
К чужому счастью остается хладен.

Но если наш возлюбленный украден
Соперницей,--скрывать любовь нет сил;
Как кровь к лицу из потаенных жил,
Призыв к устам стремится, беспощаден.

Но я молчу, чтоб низость высоту
Не оскорбила.

Страницы: (45) :  <<  ... 234567891011121314151617 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Мокрыми руками она достала с божницы спички, затеплила лампадку и, упав на колени, начала молиться. Но ночью, когда она легла в мокрой рубашке на кровать, тело ее снова почувствовало тепло, и снова защемило под оголенными коленями. Она встала, сбегала к реке, окунула горячую голову в воду и, чтобы забыться, начала вслушиваться, как шумит ветер. "Наваждение, - думала она, - молиться надо и пост на себя наложить!" Ветер крутил песок, вода рябилась, холодела, и, глядя на реку, Палага шептала:
     "Господи, да скорея бы, скорея бы заморозки!"
     Утром чуть свет она отправилась на деревню к обедне. Деревня была верстах в шести от белой воды, дорога вилась меж ржи, и идти было по заре, когда еще было легко и прохладно.
     Ноги ее приустали, она сняла с себя башмаки, повесила на ленточке через плечо, нарочно норовила, сверкая белыми икрами, идти по росе, и огонь, мучивший ее тело, утихал. В церкви она молилась тоже только об одном, чтобы скорее настали холода, и, глядя на икону прикрытой рубищем Марии Египетской, просила у нее ее крепости одолеть свою похоть, но молитвенные мысли ее мешались с воспоминаниями о жгучей любви, она ловила себя на этом и, падая на колени, стукалась лбом о каменный пол до боли.
     2
     По дороге обратно идти ей казалось труднее, с томленого тела градом катился пот, рубаха прилипала к телу, а глаза мутились и ничего не видели. Она не помнила, как дошла до перекрестка объезжих дорог, и очнулась лишь тогда, когда догнавший ее попутчик окликнул и ухватил за плечо.
     - Ты, эфто, бабенка, дыляко пробираисси-то... а? - спросил он, лукаво щуря на нее глаза, - а то, можа, вместе в лощинке и отдохнем малость?
     Палага не слышала его слов, но стало приятно идти с ним, она весело взглянула ему в глаза и улыбнулась. Лицо его было молодое, только что покрывшееся пухом, глаза горели задором и смелостью. Можно было подумать, что он не касался ни одной бабы, но и можно было предположить, что он ни одной не давал проходу...

Есенин Сергей Александрович   
«У белой воды»